Воспоминания

Ученики

Выпуск 1975 года

Выпуск 1975 года

Козьминская Наталья Олеговна
(Антоневич Наташа)
- выпуск 1975 года

Тамара Александровна появилась в интернате неожиданно, не с первого сентября, а примерно в середине учебного года. Как нам сказали взрослые, "по семейным обстоятельствам". Так и стала Тамара Александровна работать и жить в интернате с сыном Юрой.

Она сразу обратила на себя внимание, хотя я никак не могла понять, почему. Красивая, опрятная - ну и что? Другие учителя и воспитатели тоже хорошо одевались, никто не ходил в домашних тапках. А наша Нина Васильевна каждое утро зарядку для класса на каблуках проводила.

Дело в том, что Тамара Александровна всегда говорила спокойным, ровным голосом, не бегала, не суетилась, не "хлопотала" лицом. У нее была великолепная осанка: прямая спина, развёрнутые плечи, величественный поворот головы - с таких женщин картины писать. На Тамару Александровну всегда приятно было смотреть.

Где-то в году 1973 или 1974 тяжело заболела наша воспитатель Василенко Нина Васильевна. Класс остался без руля и ветрил. Возраст трудный, непредсказуемый - 12-13 лет. Как нас понесло! До сих пор стыдно. Мы никого не слушались, дерзили, сбегали с уроков. Воспитатели менялись один за другим. Усугубляло ситуацию то, что с 1 сентября класс "разбавили". К нам пришли 7 или 8 новых мальчиков, так называемых "трудных" подростков. Некоторые из них состояли на учёте в милиции. Не секрет, что плохому учиться просто, легко и весело. Вот мы и учились.

Третья четверть - самая длинная и трудная. Правила русского языка за 6-7 лет его изучения надоели до зубовного скрежета. И вдруг на всю четверть учителем русского приходит Тамара Александровна. Я до сих пор не понимаю, как у неё это получилось! За всё время учёбы в классе не было ни одной двойки. Если ставилась тройка, то это были, действительно, удовлетворительные знания. На уроке Тамара Александровна, как и всегда, говорила тихим спокойным голосом. Но материал она подавала так, что правила не раздражали, а сами собой укладывались в памяти и доставались в нужный момент. За всю четверть в классе при аттестации было меньше десяти троек, около десяти пятёрок, остальные - четвёрки. С тех пор я поняла, что 99% знаний зависит от педагога, и когда ходила к своим детям в школу, всегда приводила этот пример. У Тамары Александровны не было окриков, чрезмерной строгости или, наоборот, заигрываний. Учебный процесс шел в нормальной рабочей обстановке.

В интернате у всех учителей, особенно в начальных классах, был красивый почерк, хотя все писали по-разному. Тамара Александровна выводила буковки чуть круглее, петельки чуть короче - не строчки, а бусики. Нам хотелось писать красиво, как она.

Как-то раз мы сдавали дежурство:

— Тамара Александровна, в обоих спальнях...

Ухо режет, а как правильно, не знаю. Слышу шёпотом подсказку - "в обеих".

— Тамара Александровна, в обеих спальнях порядок.

Эту подсказку я запомнила на всю жизнь. А разведи Тамара Александровна бодягу: числительное "оба", во множественном числе, женского рода... Да я в словах бы заблудилась. Многие из нас получали от Шейнисов такие подсказки.

Что говорить, нами не занимались только, когда мы спали. И то ночная нянечка постоянно ходила по всем этажам и коридорам с фонариком. Почему с фонариком? Чтобы не включать свет. А то вдруг дети проснутся.

Как-то иду я на занятия, вижу, Тамара Александровна пропускает своих учеников в класс. Подошёл Исай Наумович, что-то спросил, она что-то ответила. Тут я нечаянно увидела, как эти двое смотрят друг на друга... Люди! Не поверите, вокруг них разливалась нежность, именно нежность, от которой загустел воздух. Естественно, я ничего не поняла, говорить об этом ни с кем не стала, сознавая, что это тайна, и тайна не моя. Прошло время, и одна девочка на уроке спросила учителя о том, что происходит между Исаем Наумовичем и Тамарой Александровной. Наша преподаватель по труду - рукодельница и умница Александра Владимировна Марцинкявичус - очень просто объяснила всем: не секрет, что уже давно Исай Наумович практически живёт в интернате (никогда бы не подумала - всегда отглажен , отпарен, свежевыбрит, наодеколонен, где? когда?). Он одинок, Тамара Александровна тоже. Оба педагоги, словесники. Очень много общих тем для общения. Люди полюбили друг друга. Кому помешает, если два хороших человека будут вместе и будут счастливы? Вопросов больше не было.

Исай Наумович был для интерната всё. Настоящий завуч. Как он мог в любом классе провести любой урок, только посмотрев тему в журнале. Да так провести, что мы слово боялись пропустить, настолько интересно было. Однажды заболела наша "англичанка". Только мы расслабились - в классе появляется Исай Наумович. Интересненько, с "инглишем"-то он не дружит. А он взял и признался, что английского не знает, и предложил провести урок по астрономии. Это был единственный урок в моей жизни, не считая походов в планетарий. Маленькую карту созвездий храню не один десяток лет. Периодически с детьми её разглядывали, пальчиками водили. А когда младшая взяла с полки "Мифы Древней Греции", отталкиваясь от названия созвездий, я мысленно сказала "спасибо" Исаю Наумовичу. Представляете, какая связь! Ребёнок первый раз заинтересовался и взял взрослую книгу потому, что Исай Наумович так интересно и здорово провёл урок астрономии для мамы.

У меня Исай Наумович был с первого по восьмой класс. Он обязательно приходил на родительские собрания во все классы. Наши родители его очень уважали и многие помнят и по сей день.

Пансионат "Морской прибой" был нашим шефом, и несколько раз в год мы устраивали концерты для отдыхающих. Исай Наумович обязательно выступал в нескольких номерах. А-х! Как его встречали, как аплодировали, как не хотели отпускать! Я почти всегда вела эти концерты и поэтому знаю, что говорю.

Хотите - верьте, хотите - нет, но лет в двадцать, не раньше, я поняла, что Исай Наумович не русский. Никогда в интернате не стояло, не сидело и не лежало национального вопроса. Ругали за плохие проступки, хвалили за хорошие дела. Ничего больше не влияло на поощрение и наказание. Да и какое наказание! Самим стыдно было! Нынешним "толерантщикам” у наших бы учителей поучиться.

Был на территории огромный погреб для сбора макулатуры. Один раз все желающие пошли на его разборку. Сортируем, смотрим - чьи-то старые тетрадки, учебники. Мы - девчонки-первоклашки - картинки в учебниках рассматриваем, а наши мальчишки рядом на поле в войну играют. Вдруг прибегает гонец (на моих глазах было), кричит старшекласснику: "Серёга, Серёга, там твоего брата Юрку Федотова бьют. Иди, помоги нам!" Серёга посмотрел на поле, ничего смертельного не увидел и спрашивает гонца: "А Юрка за красных или за белых?" - "За белых" - "Ну и передай, так ему и надо". А специальных уроков патриотизма у нас не было. Беседы воспитательные - были. Были КВНы, викторины, стихи и песни, линейки, огоньки, спорт, концерты. Чего только не было! Безо всякой обязаловки, в охотку. Просто хотелось лучше всех спеть, выступить, выиграть. Дух соревнования был во всём. И море смешных случаев, курьёзных ситуаций. Нас не дрессировали. Нами занимались.

Педагоги у нас были разные: и очень хорошие, и хорошие, и не очень. Но семья Шейнис - это учителя и воспитатели от бога. У людей был редкий, ценнейший дар - учить и воспитывать правильно, что очень многим просто не дано. Это как великий писатель, художник или учёный. Делать могут многие, а мастеров - единицы. Пусть с каких-то далёких звёзд они оказывают на нашу жизнь своё мягкое влияние. А все мы будем их помнить и не уставать благодарить.

Низкий поклон Шейнис и Рябченко за возможность, пусть в вечность, сказать замечательным людям "Большое человеческое спасибо за то, что Вы просто были".

 
   
 
Web-дизайн и разработка сайта Юлия Скульская
© 2017 Авторская песня Исая Шейниса