Воспоминания

Ученики

Выпуск 1980 года

  1. Татьяна Морозова (Ситникова)
  2. Любовь Яскеляйнен
  3. Борис Седых

Борис Седых - выпуск 1980 года

Педагогические кульбиты.

О нас и наших учителях от Толи и Бори

Пришло время написать рассказ из жизни школьников школы-интерната №48 г. Зеленогорска. Воспоминания из детства теребят мозг и душу каждого из нас. Не зря говорят психологи: «Все наши проблемы из детства». Этим «психологам», лишь бы поковыряться в чужих душах. Попытаемся не быть идиотами, поэтому сделаем вид, что проблемы в детстве все-таки были и как следствие - сегодняшняя жизнь не столь идеальна.

Мы с Толей Николаевым учились с первого до последнего дня вместе с 1972 по 1980 годы. Исключительно дружеских отношений во время учёбы у нас не было. Я дружил с Лёней Силиным , Мишей Заборским, Игорем Дубовым , Рашидом Газычем, а Толик с Вовой Кобылковым, Виктором Мишином и Андреем Чистоходовым. Однако в последние годы именно с Толиком часто общаемся в рамках периодических встреч одноклассников и не только. Вместе вспомнили одну интересную историю, в которой главную роль сыграл наш учитель Исай Наумович. Роли второго плана достались, конечно, его любимым ученикам.

Возможно, этот весёлый сюжет произошёл, когда мы учились в 6 или 7 классе. Точно помню, произошло всё в сентябре. Стояла очень тёплая, сухая погода. Солнце прогревало несколько недель подряд, поэтому создавалось полное ощущение лета в разгар осени. Сентябрь и без того самый любимый месяц по множеству причин. Встреча одноклассников после каникул всегда интересна. Какие новости, кто «новенький», а может «новенькая» в классе? После каникул ощущаешь, что повзрослели твои друзья и ты сам, вследствие чего общение с одноклассниками становится ещё интересней. Осенью можно погулять по красивому Зелику, утопающему в желтеющей и краснеющей листве деревьев. Мы часто гуляли по городу с нашими классными руководителями Тамарой Александровной и Исаем Наумовичем в течение всего года.

Один раз во время такой прогулки с Тамарой Александровной забрели в железнодорожные тупики в районе ж/д вокзала, а там разгружается вагон с арбузами. Грузчики кидали арбузы из рук в руки с вагона на склад. Тамара Александровна говорит: «Чего-то арбузика захотелось», после небольшой паузы: «Мальчики, где мой арбуз? Почему никто, ничего не делает?». Кто-то из самых шустрых учеников сбегал к вагону, по секретному паролю «дядь кинь арбузика» заполучил заветную ягоду и принёс её нам. Арбуз съели с удовольствием. Однако отдельные принципиальные девочки отказались есть арбуз по причине того, что так делать не красиво и это практически воровство. Я в полемику не вступал, и точно помню, арбуз не ел, мне было как-то неудобно, ситуация не однозначная. После прений по этому вопросу Тамара Александровна подвела итог: «Во-первых, если женщина захотела арбуз, мужчина должен разбиться, но найти его. Мальчики, молодцы, принесли его. Во вторых, вы видели, сколько разбитых арбузов возле вагона? Верх бесхозяйственности, не убудет». После этих слов, мне стало стыдно, что не я сгонял за арбузом и пожалел, что не ел его. Кстати, узнав это «хлебное место», иногда захаживал туда по субботам перед тем, как ехать на электричке домой в Ленинград на выходные. Один раз привёз домой свёклы, мама мне тогда сказала: «Молодец! Добытчик». Жили мягко сказать, скромно. В хозяйстве и свекла сгодилась.

В Зеленогорском парке

Продолжу про осенние радости. По вечерам, после отбоя можно пополнить растущие организмы витаминами в соседних садах. Если повезёт, можно даже прихватить адреналина, убегая от хозяев яблонь, слив и чёрной смородины. Походы по садам у многих интернатских поколений приобретали ритуальный характер. Любили в беседке поиграть в сидячий футбол. Выглядело приблизительно так: собирается человек пять в беседке, рассаживаются все по лавочкам, под ними же у каждого игрока ворота и гоняют мяч по беседке. Главное правило, не отрывать заднюю точку от скамейки и не пропустить гол. Это был неформальный футбол по нашим правилам. А вот больше всех играли в Пекаря. Как Исай Наумович не пытался нам привить интерес к лапте, возможно игре своего детства, мы упорно играли в Пекаря. Правила в пекаря просты, практически упрощённые городки, палкой сбиваешь железную банку. Пекарь — лучшая игра того времени на свежем воздухе. Если ко всем этим детским радостям прибавить изумительную солнечную погоду, можно себе представить, уровень подъёма эмоционального состояния.

Предыстория основных событий нашего рассказа такова. Наши учителя. Тамара Александровна и Исай Наумович, уже в 6-7 классе напоминали о «конкурентной борьбе в отношениях между полами». Надо же такое придумать. Девочки организовывают вечер для мальчиков под названием «Золотая осень» и приглашают мальчиков на своё усмотрение. Вроде всё логично, но дело в том, что пригласили не всех мальчиков. Как вы думаете? В какой группе оказались Толя и Боря? Конечно в группе изгоев. У Бори было искреннее удивление: «за что?». Толик не придал этому никакого значения. Общественное мнение у девочек тогда формировали Люба Яскейляйнен и Таня Ситникова. Я думаю, их мнение было основным. Сейчас Татьяна шутливо отнекивается, но это было именно так. Обиду сглаживал факт расширенного состава «неприглашённых». Валера Португалян — тут ничего удивительного, самый неугомонный ученик в классе. Валера имел столько энергии, сколько у всех оставшихся ребят. Валера мог принять участие во всех шкодных делах одновременно, даже если они происходили в разных концах интерната. Валера — это броуновское движение со скоростью света. Понятное дело, «достал» всех девочек. Он мог «достать» даже Исая Наумовича. Один раз, после отбоя, Исай Наумович зашёл к нам в палату и спел под гитару несколько песен и «Спокойной ночи малыши». Спел и вышел из палаты, а Валера вскочил с кровати и начал кривляться. Вдруг неожиданно в палату зашёл наш учитель, Валера только успел принять позу испуганного зайца, и тут же получил в свой зад такой смачный пендаль, что летел на свою кровать через две других. Со стороны выглядело это достаточно жестоко, но очень-очень справедливо. Лёня Силин, его за что? Лёня учился в классе лучше всех из мальчиков, много читал, физически развит, на физкультуре стоял первый, к тому же мой друг. Толик Николаев тоже хорошо учился, он даже писал сочинения своему старшему брату, который учился на год старше. С девочками конфликтов не имел. Поскольку наши учителя к этому времени уже посеяли в нас семена индивидуальности, а в те времена индивидуальность шла в разрез педагогике, возможно — это очередной педагогический «кульбит»: «Обидно, что тебя не пригласили? И что ты думаешь? А главное, что ты будешь делать?». Конечно, если задуматься: «всем мил не будешь». Разве это повод для расстройства? Приятно, что учителя хотели сделать нас лучше, научить анализировать и делать выводы. Сейчас можно найти кучу причин для изображения красивой мины в такой ситуации, а тогда действительно было обидно. На почве общей обиды «изгои» быстренько собрались в кучу. Как положено слегка повозмущались. За тем быстренько обсудили положение в мире, в классе. Поклялись друг другу: «внимательнее относиться к девочкам, не быть заносчивым, не дёргать за волосы не задирать юбки, относиться к девочкам с любовью, уступать место в автобусе». Выводы сделали, осталось ответить на вопрос: «Что делать будем?». Ответ пришёл сразу: «Будем купаться» и убежали купаться на Финский залив, естественно без разрешения наших воспитателей. Отличный план, отличная погода и мы вприпрыжку побежали в парк культуры на Зеленогорский пляж. Радость переполняла наши тела и головы от шикарной погоды, от свободы и бесконтрольности.

Выходя с территории школы, столкнулись с автомобилем Москвич 401, редкий автомобиль даже по тем временам, скопирован с Германского довоенного «Опель Кадет К-38», в СССР выпускался с 1946 года. Потому-то и запомнил. Жаль, что не придали значения встречи с ретро машиной. Наши коварные планы ничего не выдавало, разве что полотенца на шеях. Машина тихонько ездила вокруг интерната. Думаю, досталось это чудо советского автопрома по наследству или было куплено для баловства старших сыновей в семье владельцев, машина с территории интерната никогда не уезжала, ездила по асфальтовой дорожке вокруг интерната по выходным, либо вечером во время самоподготовки, что бы малышей не подавить. Находилась машина в хозяйстве семьи Розы, не помню отчество. Помню, она была в конфликте с нашим учителем и была старшей пионервожатой, та женщина, которая ходила с пионерским галстуком на шее, а на линейках громко запевала «Взвейтесь кострами синие ночи, мы пионеры дети рабочих» или «Он сказал « поехали» и взмахнул рукой», практически была женщиной, которая поёт. Наша пионерская дружина была имени Гагарина. У нас даже был свой музей космонавтики, где лежали письма от космонавтов в адрес нашей дружины. В музее была галерея портретов всех космонавтов, сделанных руками школьников методом выжигания. Руками Бори был сделан портрет летчика-космонавта Валерия Рождественского, единственного Военно-Морского космонавта, в дальнейшем Боря встречался с Рождественским в Звёздном городке, будучи нахимовцем. Гагаринский музей Интерната У нахимовцев много хороших традиций, одна из них встречаться с космонавтами в Звёздном Городке перед парадом на Красной площади. Руками Толика изготовлен портрет самого Владимира Джанибекова, уникального космонавта всех времён и народов. Джанибеков, пять раз!!! летал в космос в качестве командира корабля. В те времена в космос летали часто, поэтому изготовление портретов происходило непрерывно. В процессе выжигания на толстой фанере ПОРТРЕТОВ героев, Толя и Боря, нанюхавшись тонких струек дыма, тоже ощущали свою незаурядность, причастность к космическим успехам нашей Великой Родины. В музее было много чего интересного. Большую роль в создании музея сыграл Исай Наумович и его ученики предыдущих выпусков. Наш учитель и теоретик космонавтики Циолковский были земляками, родились в Калуге. Это не случайное совпадение, здесь усматривается связь в любви к космической тематике, которую они, два учителя из разных эпох (Исай Шейнис и Константин Циолковский) прививали ко всем школьникам интерната, ну если не любовь, то хотя бы интерес. В творчестве Исая Шейниса есть песня «Кассиопея» о межгалактической романтике. Мне нравятся все песни Исая Шейниса, а несколько лет назад порадовал исполнением «Кассиопеи» в новом прочтении в стиле роковой баллады Виктор Кибанов, за это ему большое спасибо, получилось круто. День космонавтики со школьных времён для нас важный праздник. Толя и Боря до сих пор, отмечают 12 апреля, с тем же размахом, как 9 мая, ведь это даты связанные с победами нашего многострадального народа.

Итак, бежим на залив купаться! Гурьбою, обогнули ретро автомобиль, побежали дальше, с горы по тропинке чуть правее, вокруг церкви. Церковь остаётся слева, перебегаем Приморское шоссе и оказываемся в парке культуры и отдыха, а там уже и пляж виден...

Зеленогорская церковь в 70-х годах Немного отвлекусь, о церкви. Белокаменная церковь, построена в 1915 году, первые прихожане называли её «Белой невестой». В наши школьные годы, семидесятые, церковь была в запустении. В самом здании находился продовольственный склад, с наружи разбитые купала, один купол снесён под корень, обвалившаяся штукатурка, вид запустевший. Не смотря на «старания» советской власти, церковь всё равно казалась величественной. Помню, как забрались на один из куполов с моим другом, Лёней Силиным. Забрались высоко, насколько это возможно. На самом верху панорамная картина открылась такой, что поразила бы даже видавшие виды воображение, не говоря о нашем, юношеском воображении. Как на ладони весь Зеленогорск, слева просматривался Сестрорецк, чётко просматривался муравейник, почти прямо виден Кронштадт, выделялся купол Морского собора. Справа, совсем не далёко, открывался прославленный русскими моряками остров Гангут. А сзади, за куполом, совсем далеко, ну очень далеко, можно увидеть загадочную Индию. Одним словом «весь мир у наших ног». В 1990 году церковь восстановили, церковь расцвела, получила второе рождение, сейчас это действительно храм, Храм в честь иконы Казанской Божией матери. Если ехать по нижнему Приморскому шоссе со стороны Санкт-Петербурга, при въезде в сам Зеленогорск, справа откроется в окружении зелёных сосен и елей ослепительно белый храм. Если, Вы не были в самом храме, обязательно сделайте это в ближайшее время, не тяните, не пожалеете. В храме особая атмосфера, это наш любимый православный храм.

Бежим купаться! Дорога от интерната до залива заняла минут пять. Вот мы уже на пляже! Народу много, все лежат, загорают, купаются. Быстренько разделись, благо одежды мало было, так как тепло. Первый пошёл в воду Валера Португалян, затем Рашид Газыч. Откуда с нами Рашид взялся? Он был в числе приглашённых «персон» на вечер, однако не пошёл на него, а пошёл с нами, со своими друзьями. Почему он так поступил? Да, потому Рашид — настоящий товарищ, он сказал: «А чё мне там делать? Я с вами». Затем пошли омываться Лёня и Толик. Боря потрогал воду, подумал, что холодновато, природу не обманешь, всё-таки сентябрь на дворе, и остался на берегу. Ребята зашли в воду и пошли в сторону Кронштадта, сами знаете, что у берега залив очень мелок и пока дойдёшь до более глубокого места – можно расхотеть купаться. Ребята отошли довольно далеко от берега, вдруг неожиданно побежали назад, причём практически выходили на глиссер. Боря, находился на берегу, наблюдал эту странную картину и спокойно рассуждал: « Что акул в наших широтах нет, может ребятам что-то показалось, может наперегонки устроили?». В любом случае им до берега ещё метров 500, а по воде скорость не развить, пока можно помечтать, поковыряться в носу. Боря стал рассматривать загорающих, в поисках симпатичных девушек. Симпатичных девчонок глазами не находил, а находил мужчин похожих на нашего учителя, с таким же большим носом и волосатой грудью. Боря сначала удивился, потом «догадался», а где ещё евреям загорать? Зеленогорск — курортный город, конечно здесь. Три года назад, Боря и Толя ездили на Зеленогорский пляж покупаться, что бы скрыться от зноя городских джунглей, а заодно и вспомнить юность. Так знаете ли, Вы, всё стало по-другому: представителей древнего еврейского народа практически нет на пляже. Железный занавес приоткрылся, и многие евреи разлетелись по заграницам. Свято место пусто не бывает, появился другой древний народ — армянский. Хочу я Вам заметить, раньше было лучше. Через много лет после школы работал у Бори водитель по фамилии Гладштейн. Странно, с такой фамилией работать на самосвале, возить по 20 тонн песка, работа очень тяжёлая. Странно и то, что ездил безаварийно, в запой не уходил, бензин налево не сливал, как это делали другие, причём «повально». «Как так? Ты какой- то не правильный водитель?», - спрашивают у него. А он отвечает: «Тут нет ничего странного. Я правильный водитель. У меня есть принципы: некогда не спеши, везде успевай — у тебя не будет аварий; либо пить, либо работать; никогда не воровать, как учила мама. Возможно я не правильный еврей, мои родственники, кто в науке, кто в бизнесе, а я водитель грузовика. Но мне нравится эта работа, и выполняю я её хорошо». Он прав. Сразу вспомнил наших учителей Тамару Александровну и Исая Наумовича, они учили: «неважно, что ты делаешь, важно, как ты это делаешь и чтоб людям польза от этого была. А по национальному вопросу, Исай Наумович учил, не важно, какой ты национальности, важно, что ты собой представляешь, какой ты человек. Еврейскую тему можно обсуждать бесконечно, особых успехов в этом добились антисемиты и сионисты. Мы, на радость Вам, не относимся ни к тем, ни к этим. Мы относимся к «ученикам Исая Наумовича». А с другой стороны не говорить об этом значит, будешь лукавить, а мы не такие. Лучше, глубже, правдивее, чем Исай Шейнис, со своим удивительным сарказмом, не расскажешь, как он это делает в своей песне «про дядю Хаима, который никуда не уехает».

Боря, рассматривая носы мужчин, похожих на учителя, неожиданно поймал себя на мысли, что он уже рассматривает самого учителя. Ба... Откуда здесь Исай Наумович? Первая мысль: «он тоже будет купаться, он такой же, как Рашид, он с нами». Наш учитель очень часто проводил с нами время в играх. Он развивал в Толике сообразительность, умение мыслить логично, а иногда и абстрактно, а в Боре быстроту реакции, умение играть в команде. Часто играл с нами в «отгадай слово», было очень интересно и азартно. Много играл с нами в волейбол, баскетбол. Однажды после баскетбола, в зале осталось несколько не наигравшихся учеников, надо уходить и готовиться к отбою, надо как-то отвлечь ребят, тогда учитель говорит «Все смотрите суда, дайте мне мяч, кто сможет повторить, тому разрешу играть всю ночь. Договорились?». Все хором: «Да-а-а!» Берёт баскетбольный мяч, встаёт на ЦЕНТР поля, и кидает в корзину. С первой же попытки попадает в корзину. Все обалдели... Но каждый попробовал забросить мяч с центра поля. Все промазали. Повторить не удалось. «Всё! Уговор есть уговор, никто повторить не смог, всем спокойной ночи», — сказал учитель, и его ученики, счастливые от увиденного чуда, побежали готовиться ко сну. Боря лично видел происходящее и лично участвовал в состязании. Этот бросок произвёл сильное впечатление. Вернёмся на пляж. Вторая мысль: «Мы попались, нам влетит», была ближе к истине. На этом мысли закончились. Оставалось наблюдать за происходящим. Хорошо, что расстояние до учителя (метров тридцать) и множество народу на пляже, позволяли делать это незаметно. «А ребята бегут, почему к берегу? Я бы на их месте бежал бы в другую сторону. Неужели они не видят Исая Наумовича, он же такой большой, почти два метра высотой, его трудно не заметить», крутится в голове у Бори. И тут Боря понимает истинную цель присутствия учителя на пляже, в том числе причину рьяного забега по волнам Финского залива своих одноклассников. Учитель собрал одежду своих подопечных, благо одежды мало, погода жаркая, и со словами: «Устрою вам торжественную линейку, в чём мать родила», растворился в «никуда» вместе с одеждой, так же как появился из ни «откуда». А ребята во всю прыть бежали за своей одеждой к берегу, разбрасывая брызги в разные стороны выше своего роста. Люди, наблюдавшие со стороны за этим забегом, точно могли перефразировать Василия Ланового: «Смотрите, как хорошо бежит, вот та группа... в семейных трусах». Первый на берег прибежал Рашид, потом остальные. Каждому нужно было убедиться, что и его одежду забрали. Убедились. Думать особо не пришлось, выбирать тоже не из чего. «Надо идти в интернат, да, в трусах, и надо спешить, пока линейку не собрали, а то позора не оберёшься» — сказал Лёня Силин. Рашид добавил: «Исай Наумович, доообрий, он нам тапки оставил». «И трусы» — вставил Боря, еле сдерживаясь от гомерического смеха. По сути, друзья попали в сложное положение, а хочется со смеха по песку валяться от комичности ситуации.

На пляж бежали вприпрыжку, а с пляжа шли гуськом в одних трусах, на полусогнутых ногах, озираясь по сторонам. Разнообразие трусов на мальчиках так же удивляло прохожих. Трусы донашивали за старшими братьями, больше всех не повезло Бобкову, у него старшие были сёстры. Как назло народу гуляло много, было неловко. Вспоминается сцена из фильма «Джентльмены удачи»: «Динамо бежит?» — «Все бегут!».

Дойдя до пригорка, где мы часто гуляли, остановились, не идти же в интернат в таком «наряде». Отправили Борю, единственного одетого, принести какие-нибудь вещи из своего гардероба. Боря, тоже был шутник ещё тот, было в кого, в учителя своего. Боря пошёл в гардеробную младших классов, собрал одежду и принёс её своим друзьям. «Спасал друзей от позора». Ребята оделись в то, что им принесли. «Кинокомедия» не прекращалась. Это было потрясающее зрелище. Можно снимать кино про беспризорников. «Где он нашёл такие обноски?» — ругался Толик. «Эта одежда для карликов» — возмущался Лёня Силин. Толик выглядел очень импозантно: рваная футболка, дырявые треники с вытянутыми коленками. Лёня с трудом натянул на себя белую маечку. Маечка заканчивалась значительно выше пупка. Если б не штаны, чуть ниже колен, можно подумать «всякое». Рашид выглядел в «новой» одежде тоже достойно, не выделялся. Единственный, кому всё подошло по размеру — это Валера Португалян (он был самый маленький в классе, это сейчас он о-го-го). А вот Бобков не стал одевать одежду на три размера меньше. Бобков посчитал, что, одевшись так, как Лёня и Рашид, он будет выглядеть смешно, и предпочёл остаться в трусах, доставшихся ему от одной из старших сестёр. Ребята посмотрели друг на друга и поняли «день сегодня не задался, осталось пережить пару минут позора, надо заходить в интернат». Зашли в фойе школы, где как на зло было много школьников из разных классов. Все смеялись и хлопали в ладоши. Толик вспоминает: «Мы в таком «красивом» виде вошли в интернат, что над нами смеялись. Лично мне было, как-то неловко и стыдно». адо отдать должное Исаю Наумовичу. Он не стал собирать торжественную линейку в честь появления «героев купальщиков», не стал читать нотаций и как-то наказывать ребят, он просто сказал: «Повезло вам, хорошо погуляли». Хотя сам получил выволочку от недавно назначенного директора за нашу выходку. Ребята нового директора по фамилии толи Шлапин, то ли Вапин слегка недолюбливали. В ретро машине, которую ребята встретили, уходя с территории школы, находились злопыхатели нашего учителя, они незамедлительно сообщили директору: «Вот. Шейнисовские совсем распустились, убежали купаться на Залив». Тамара Александровна и Исай Наумович в любых ситуациях нас любили и всегда нас защищали. Помимо того, что хорошо преподавали Русский язык и Литературу, они постоянно с нами возились и нами занимались. Это были учителя, которые не работали от звонка до звонка, а полностью сгорали на работе. За это мы, их ученики, всегда благодарны им, и вспоминаем наших классных преподавателей, Тамару Александровну и Исая Наумовича, с душевной теплотой. Мы, их ученики, решительно убеждены, что нам в жизни повезло с учителями.

 
   
 
Web-дизайн и разработка сайта Юлия Скульская
© 2017 Авторская песня Исая Шейниса